Из будней районного музея. В.Падин

Модераторы: nata, Ёжик Сопелкин

Из будней районного музея. В.Падин

Сообщение nata » 29 ноя 2012, 18:22

Пренебрегая обещанной мне природой и моими учителями Ю.А.Завадским (театр Вахтангова) и Б.М. Сушкевичем (МХАТ) интересной театральной будущностью, я в 1936 г становлюсь сотрудником Трубчевского краеведческого музея, а в ноябре сорок пятого пришел из Красной Армии, его директором.
Мне посчастливилось ряд лет работать в археологических экспедициях профессора М.В.Воеводского и Л.В. Артишевской, исследовавших Подесенье, что явилось для меня замечательным "полевым университетом".
С 50-х гг руководил экспедициями музея, изучавшими по открытым листам Института археологии АН довольно большой участок Среднего Подесенья. Использовано 23 открытых листа. Тысяча чертежей и фотографий. С большим чувством благодарности вспоминаются советы академика Б.А.Рыбакова и члена-корреспондента АН П.Н.Третьякова, помогавших мне в исследовании истории заселения славянами Подесенья.
Довелось работать и с геологами /Хохловкина, А.Величко/, с географом /Р.Федорова/, помогавшим мне разобраться в четвертичных отложениях на Десне.
Исхожены долины Ипути, Снежети, Нерусы, Десны от Утон до Новгород-Северского (Выгонический район), осмотрено множество древних балок, оврагов, котлованов, открыт ряд важных для истории Брянщины археологических памятников, исследовано 2 стоянки неолита, 9 курганов эпохи бронзы, 3 городища раннего железного века, поселение позднезарубенецкое /почепская культура/, поселение киевской археологической культуры деснинского варианта /III-Vвв./, могильник и несколько поселений раннего средневековья /VI-VII вв./, три кургана VIII-IX вв. и 242 кургана эпохи Древней Руси, что явилось значительным вкладом в изучение среднего Подесенья.
Особый интерес представляют исследования раннеславянских памятников, установившие, что славяне заселили Брянщину за несколько веков раньше указанного летописцами.
Сообщение об этом вызвало большой интерес у участников межгосударственного симпозиума /Россия, Украина, Белорусь/, проходившего в Брянске в 1994г. Исследования музея известны и за пределами нашей страны. Приходилось читать доклады в Историческом отделении АН, в доме ученых Москвы, участвовать в заседаниях совета, координировавшего работу музеев соцстран,членом которого я являлся.
Наши широкомасштабные археологические работы установили, что
Трубчевск, как город, сложился в 3-й четверти Х в/ подтверждено АН/ и в 1975 г было широко отпраздновано его 1000-летие.
К празднику мы насыпали на месте раскопанных курганов некрополя около двухсот макетов, среди которых возвышаются 10 подлинных специально оставленных насыпей, обсадили многогектарную площадь березами, а в центре установили обелиск с поясняющим текстом - музей под открытым небом, включающий остатки монастырской стены башней, два яруса звонницы, трапезную, детинец, где жил князь с дружиной и посад - место проживания ремесленников, купцов и прочего городского люда. Просторные луга, синеющая вдали полоска леса, полевой беспредел производят огромное впечатление.
1000-летие дало большой толчок социальному и культурному развитию города и его района: построено несколько многоквартинрых домов, учебных комплексов, два современных Дома культуры, автовокзал, школа, на 1000 мест общежитий и многое другое, включающее современную больницу.
Из всех городов Брянщины один Трубчевск вошел в список городов первоочередной реставрации их древностей. Но... началась перестройка.
Раскопки же не прогулка "на лоне природы", а упорный труд. Ведь чтобы попасть на раскоп вовремя вставали в пять утра и первым автобусом мчались "к заветной цели", а если не было автобуса, то вышагивали 12-15, а иногда и 23 км, несмотря на погоду. Часто раскопки затягивались до наступления осенних холодов с пронизывающим ветром и ледяным дождем.
В музее ночами - сверка чертежей с дневниками, печатание фотографий, тщательный осмотр найденного и чтение, чтение научных публикаций в поисках аналогии.
Добился финансирования работ и рабочие / студенты, старшеклассники, местные крестьяне/ получали "поденно" около тех рублей, что-то стоивших тогда. Помимо денег работавшие познавали свою историю.
Паказалось что-то под лопатой и все всматриваются в это что-то, и напряженно ждут записи в дневник и занесения на план с фотографированием, после чего возникает краткая "пресконференция" о назначении находки, жизни тогдашних людей.
Часто-часто пришлось "гонять" по полям, лугам, деревенским улицам с выставками подлинных вещей, установленной на багажнике велосипеда, что отмечено Министерством культуры:
"Вся она вмещается в небольшом ящике, установленном на багажнике велосипеда. Тогда же нас представили на ВДНХ.
Удалось часто бывать в Библиотеке им. Ленина, Исторической, в архивах Москвы /ЦГАДА, Октябрьской Революции/, конечно же в Орловском, Брянском и в библиотеке Института археологии.
Мне много помогала моя жена, белее тридцати лет работавшая старшим смотрителем и я всегда знал, что в музее, "все на своих местах".
Но не всегда было безоблачно, часто над музеем сгущались тучи: один из секретарей местного райкома в содружестве с председателем райисполкома задумали наше здание передать Дому пионеров, а экспонатуру выбросить в окраинную заброшенную церквушку.
"Зачем ты противишься нашей задумке", уговаривали меня, "работаем мы сегодня, а завтра придет кто-то другой".
Было трудно, но победить невежд удалось. Сохранил я и документ о второй попытке разгрома музея, открывшего тысячелетие и прославившего маленький городок: "Снести здание краеведческого музея. Решение Горсовета от 28 февраля 1988г".
Опять борьба, опять нервы.
Отличился и Воронежский институт проектирования городов / "ГИПРОГОР"/, разработавший план застройки Брянщины, который был утвержден Облисполкомом. А когда разобрались, то увидели что на месте музея стоит ресторан, а музея нет на плане. Что делать? Бороться с Облисполкомом?
Пришлось. Помог один из заместителей председателя интеллигентный Васильев и план был пересмотрен.
Как-то приглянулось областным чиновникам наше евангелие XVII в., ошарашивающее роскошным серебряным позолоченным окладом и поступила команда: передать Брянску. Опять борьба.
Покупались и на собранную нами библиотеку, говоря что она не нужна районному музею /начальник управления культуры / ! /, Не вышло. А вслед развернулась жестокая борьба за партизанскую пушку /"сорокопятка"/, понравившаяся московским товарищам.
А началась она с приезда научного сотрудника музея Советской Армии, подкрепленного затем грозным распоряжением Областного управления культуры: "Немедленно отправить автомашиной противотанковую 45-миллиметровую партизанскую пушку ... в город Брянск для последующей ее переправки в музей Вооруженных Сил СССР". Включение в "мероприятие" Обкома КПСС, конечно, осложнило войну. Областные звонки, грзные окрики вроде "отобрать ключи" /от музея/.
Пришлось подключить бывших партизанских командиров, которые на окрик "Вот этот упрямец не хочет, чтобы ваша пушка работала в Москве" спокойно ответили: "Мы хотим, чтобы она работала там, где мы воевали".
И опешивший противник раздосадованно махнул рукой. "Били меня и за то, что я "занимаюсь наукой, а не показом соцстроительства", а я продолжал исследования курганов и показывал "успехи соцстроительства" в районе, что было отмечено Министерством.
Однажды областное управление культуры расщедрилось и дало деньги на перестройку экспозиции с условием, что оформительские работы будут выполняться брянскими художниками, а я осмотрев экспозиции многих музеев области увидел, что они сделаны "на одну колодку" и купив картон, богот, бумагу и краски не выполнил столь строгие указания областного начальства и провел работы собственными силами.
Разразился скандал, но комиссия Министерства одобрило нашу работу, т.к. наша экспозиция была не стандартной, а "имела свое лицо".
Как-то на приеме в Управлении музеями я решил похвалиться и сказал, что мы проводим раскопки курганов, но вместо ожидаемой похвалы начальник /начальница Маргарита Ивановна Каймова/ как-то отчужденно одернула меня. "А кому нужны ваши курганы?!"
Такая безапелляционность меня не ошарашила, так как начальники Управления как предшествующие, так и последующие одобряли и поддерживали меня. Научную деятельность музея поддерживали все секретари /кроме указанного выше/, поддерживали меня и высоко ценили музей и как-то гордились им.
А мы работали без лукавства. Иногда лекции в деревне заходили за полночь и приходилось ночевать в клубе или идти домой по глубокому снегу. Фантастика? Нет. Реальность. Была вера в то, что наши дела нужны людям.
Однажды директор школы деревни Лужки, что в 35 км от города попросил меня прочитать лекцию и я, конечно, согласился, думая одновременно зайти в деревню Юрово и взять найденный клад монет XVII в.
Зима была довольно теплая и малоснежная и я, переночевал у директора школы, направился за кладом. На пути оказалась река Посорь и я, чтобы сократить путь свернул с дороги и шагнул на лед, угодив в полынью, запорошенную снегом.
Выкарабкался на берег и бросился в соседнюю деревню и в конторе МТС у раскаленной печи "буржуйки" мне удалось просушить белье и шинель.
Шла машина в Трубчевск и мне предлагалось в кабине место, а я пошел за кладом. Такая прогулка стоила мне двух коренных зубов и еще кое-каких осложнений, перекрытых интереснейшим кладом.
А музей живет и живет. Конечно чувствуется ералашность эпохи: не пополняется библиотека, заброшена деревня, прекратились сборы экспонатуры, протекает крыша, промокают стены, а денег нет и нет, поредели экскурсии из смежных районов, с Украины, но школы города и района музей не забывают. Бывают студенты и школьники Брянска.
Отрадно, что появился интерес к археологии и каменные топоры, ножи, наконечники стрел и копий прочно вошли в школьную программу, их показ, подкрепленный квалифицированным рассказом, хорошо помогает познанию глубины нашей истории.
У нас хороший отдел природы /в пределах районного музея/ и в нем проводит интересную работу Е.А.Мухамедьянова.
Знаток жизни животных и птиц края, часто бывающая на природе она постоянно осаждена студентами, школьниками /и учителями/.
А вот как будет дальше?
Вот в 20-е годы "ушли" из музея его основателя /1888г./ Г.М. Поршнякова, как "чуждого элемента". /Дворянин, бывший помощник земского начальства/ и заменившие высокообразованного энтузиаста "идеологически подкованные" невежды разворовали все, а собранное в 30-х годах увезли на Запад немцы, бежавшие из города в сентябре сорок третьего.
После второго разгрома нам удалось собрать около 30 тысяч подлиных экспонатов, среди них есть уникальные.
Значит, не зря сражались?
I.1999.
/В. А. Падин/
nata
Бывалый
 
Сообщения: 77
Зарегистрирован: 04 дек 2011, 23:56

Вернуться в Краеведение

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron